Business is booming.

Вице-премьеры, которым место в правительстве не гарантировано

Вице-премьеры, которым место в правительстве не гарантировано

Чем ближе 7 мая, день инаугурации президента РФ, тем нервознее в коридорах власти. Особенно в правительстве и в президентской администрации.

После инаугурации кабинет министров уйдет в отставку, а глава государства предложит Госдуме кандидатуру нового премьера.

Если кандидат депутатов устроит, новый глава правительства представит парламенту членов своей команды — вице-премьеров и министров. Госдума их рассмотрит, и представит список претендентов президенту. После этого глава государства ставит свою подпись, и правительство приступает к работе.

Порядок назначения силовых министров и главы МИД несколько иной. Для их назначения президент консультируется с Советом Федерации.

Сроки рассмотрения кандидатов и алгоритм действий законодательно четко прописаны. Вся процедура, если считать с момента инаугурации, должна завершиться 14 июня. Но всё может произойти и гораздо быстрее.

После отчета председателя правительства Михаила Мишустина перед Госдумой страсти относительно кандидата на роль премьера несколько улеглись. Основная интрига теперь вокруг вице-премьеров и министров.

Напомним, вице-премьеров у нас 10, федеральных министров — 20. О шансах некоторых из них попасть в состав нового правительства мы уже рассказывали. Самое время вспомнить и о других, тем более фамилии тех, кто сохранит за собой министерское кресло, а кто нет, звучат все чаще. Понятно, что больше всего разговоров о кандидатах «на вылет».

Если брать вице-премьеров, то крайне непрочные позиции сейчас у Татьяны Голиковой — при всей кажущейся ее непотопляемости. Голикова в правительстве курирует вопросы развития здравоохранения, образования, культуры, демографии, в том числе нацпроекты, связанные с этими направлениями. В ее ведении и проведение государственной политики в сфере социального развития, занятости, трудовых отношений и трудовой миграции.

Практически каждая зона ответственности Голиковой — проблемная. И с точки зрения объективных факторов, и «вновь приобретенных». В стране из года в год ухудшается демографическая ситуация. Рождаемость падает, смертность остается на высоком уровне, в целом население России уменьшается.

За 2023 год, по предварительным данным Росстата, оно сократилось на 243 тыс. человек (на 0,17%) и на 1 января 2024-го составило 146,204 млн человек.

И это при том, что в состав РФ вошли новые, густонаселенные регионы — ДНР, ЛНР, Запорожская и Херсонская области.

Здравоохранение — как было, так и осталось непроходящей головной болью. Больницы, медицинские центры вроде бы строят, поликлиники ремонтируют, но врачей катастрофически не хватает. Средний персонал не идет. Квалифицированные кадры уходят в частные клиники, а в государственных царит сплошная оптимизация. Как лечить? Хорошо, в крупных городах подоспела мишустинская цифровизация, но Россия-то не только из Москвы, Питера, Казани, Екатеринбурга, Новосибирска состоит.

Лекарств, медпрепаратов после введения санкций не хватает — это факт, а одним «Арбидолом» всех не вылечить.

С образованием творится тоже непонятно что. Учителя в регионах уже даже не смеются, когда им говорят о средней зарплате в школе (45,8 тыс. руб). Почему-то получается, что растет она только на бумаге и только вместе с нагрузкой. При этом в учебных учреждениях сформировалась четкая градация — приближенных к «телу» начальника и как бы «челяди». Качество образования — отдельная грустная история. Как и трудовые отношения вместе с трудовой миграцией.

Татьяна Голикова стала министром в 2007-ом году — тогда она возглавила Минздрав. До этого делала успешную карьеру в Минфине. После 2012 года была помощницей президента, несколько лет возглавляла Счетную палату РФ. Аппаратный вес у Голиковой серьезный, но и проблемный шлейф — будь здоров.

Как ни крути, но ключевые проблемы что в здравоохранении, упорно катящейся в сторону платной медицины, что в образовании, не выполняющей главную функцию — подготовки кадров для народного хозяйства, что в культурной сфере, где не сформированы четкие ценностные ориентиры — не решены.

Отнюдь не гарантировано место в правительстве и другому вице-премьеру — Александру Новаку, курирующему топливно-энергетический комплекс, а также продвигающему интересы России в рамках ОПЕК+.

Публичных претензий к нему нет. Разве что осенью Владимир Путин на одном из совещаний, касающемся «нефтяных дел», заметил: «Нужно посмотреть с этим дисконтом, чтобы это не создавало никаких проблем с бюджетом. Пообсуждайте, потом мне свои предложения, пожалуйста, доложите отдельно». Речь шла о продаже нефти за рубеж.

Из-за введенных санкций российская нефть торгуется сегодня с большим скрипом. Наши компании вынуждены прибегать к серым схемам, продавать сырье с большим дисконтом, что влияет на поступление валюты. Застопорилось и продвижение российских СПГ-проектов. В частности, «Арктик СПГ-2», которому США заблокировали доступ к танкерам. Доставлять заказчикам СПГ элементарно не на чем, поэтому производственные линии останавливаются.

Между тем, в феврале Александр Новак объявлял о планах нарастить экспорт СПГ к 2030 году до 110 млн тонн с 33 млн тонн в минувшем году. На фоне нынешней ситуации это выглядит не очень правдоподобно.

Впрочем, здесь вице-премьеру приходится больше действовать «по обстоятельствам», стараясь нивелировать последствия санкций. Но всем памятна и другая история, с санкциями никак не связанная.

Осенью прошлого года весь агрокомплекс буквально вымаливал топливо у правительства — нечем было технику заправлять в разгар сезонных сельхозработ. В итоге запретили гнать бензин и солярку на экспорт.

Сам этот факт наглядно показал, что сбалансированной политики, учитывающей интересы всех игроков рынка, в этой сфере нет. А если есть, то она дает постоянные сбои, нервируя как рядовых механизаторов, так и топ-менеджеров влиятельных компаний.

У руля ТЭК страны Александр Новак с 2012 года — тогда он возглавил Министерство энергетики, это было еще при правительстве Медведева. При Мишустине Новак, уроженец, к слову, донецкой Авдеевки, сохранил свой пост, а в 2020-м стал профильным вице-премьером. Любопытно, что, как и Голикова, он сделал неплохую карьеру в Минфине.

Минувшей осенью пошли разговоры о том, что Александр Новак из правительства будет «десантирован» в Газпром на место Алексея Миллера, у которого, как писали, «проблемы со здоровьем».

Эксперты затрудняются с ответом на вопрос, что будет означать эта перестановка — повышение или понижение? С одной стороны, вице-премьер — это статус и полномочия, с другой — «Газпром — это наше всё», «национальное достояние». Впрочем, и Алексей Миллер на очередной вопрос о здоровье может сказать: «Не дождетесь».

Еще один вице-премьер, чье дальнейшее пребывание в правительстве не очевидно, — Виктория Абрамченко. В кабмине она курирует вопросы, связанные с сельским хозяйством и агропромышленным комплексом, рыболовством, развитием лесопромышленного комплекса, реализации госполитики в сфере лесного хозяйства. На ней же и ответственность за нацпроект «Экология».

До прихода в правительство Мишустина руководила Росреестром — агентством, подотчетном Минэкономразвития.

Виктория Абрамченко, уроженка Хакасии, не очень часто мелькает на экранах федеральных телеканалов. Возможно, потому, что стиль такой, а может, понимает, что на фоне других вице-премьеров смотрится как фигуристка в секции восточных единоборств. И то сказать: Юрий Трутнев, коллега Абрамченко по «правительственному цеху», обладатель пятого дана по карате. Это не считая других аппаратных достоинств.

Злые языки говорят, что Абрамченко провалила «мусорную реформу». На что она отвечает цифрами: «Только за 2023 год было ликвидировано 111 свалок, восстановлено 17 тыс. га водных ресурсов, ведется строительство водоочистных сооружений на Волге, Каме и других реках. Ежегодно высаживается порядка 27 млн деревьев, за тот же 2023 год удалось восстановить 6,3 га леса». А что касается переработки отходов, «черного неба», вредных промышленных выбросов, то и здесь ситуация понемногу, но улучшается.

Неустойчивость позиций Виктории Абрамченко в правительстве в прессе и телеграм-каналах связывают с тем, что на ее место прочат министра сельского хозяйства Дмитрия Патрушева, сына секретаря Совета Безопасности Николая Патрушева.

Президент Путин не раз отмечал работу аграриев. Показатели сельского хозяйства у нас действительно в последние годы демонстрируют впечатляющий рост.

За 2022−2023 сельскохозяйственный год (1 июля 2022 года — 30 июня 2023 года) Россия установила рекорд по объему экспорта зерна. Страна экспортировала 60 млн тонн зерна, а экспортная выручка составила свыше $41 млрд. Крупные агрохолдинги увеличили производство мяса, положительная динамика с молоком. По доктрине продовольственной безопасности индикатор самообеспеченности молочной продукцией составляет 90%. По словам Патрушева-младшего, сейчас мы «своей продукцией закрываем его на 85%».

Понятно, что основа для рывка закладывалась не вчера и не позавчера. Сельское хозяйство вообще дело не быстрое. Создавали фундамент, делая ставку на крупные агрохолдинги, выстраивание вертикально-интегрированных связей, техническое переоснащение и модернизацию отрасли еще при министрах Гордееве (нынешний зампред Госдумы) и Ткачеве (ныне крупный латифундист). То есть начинал Патрушев не с нуля. Но, возглавив министерство, картину он точно не испортил. Опыт кредитно-финансовой деятельности на новом поприще пошел ему на пользу. Это отмечают даже те, кто изначально к банкиру в роли министра-сельхозника относился скептически.

Николаю Патрушеву 46 лет. Хороший возраст для многообещающей карьеры. К тому же он питерский. Вряд ли в Госдуме, если Патрушева-младшего предложат на роль вице-премьера, будут сомнения по его кандидатуре. А эпизод с внезапно возникшим в прошлом году дефицитом яиц вспомнят с улыбкой.

Как когда-то улыбнулись, говоря о «проблемах с яйцами» у главы Минсельхоза Путин и Володин.

Источник

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.